Нет, в мои планы не входило менять напарника. Впрочем, от этого наше положение не становилось менее тяжелым.

- Ты знаешь, что нас ждет, - со вздохом сказал я. - Двойные смены и урезанный рацион.

Это был уже третий вылет за последний месяц, глаза у нас покраснели от недосыпа, а руки дрожали от усталости. Нам достался паршивый груз: запасные части для орбитальной станции, поврежденной сбежавшим грузовым кораблем. Долгие часы тяжелой, грязной работы в костюмах для нулевой гравитации. И никакой гарантии, что мы надежно защищены от радиации.

Не знаю, кто из нас потерял бдительность. Теперь уже не важно. Мы лишились своего корабля. Он от нас улетел. В буквальном смысле. Мы остались висеть в пустоте - две жалкие марионетки в холодной и бесконечной ночи. Кто знает, сколько мы протянем? Подача кислорода работала безупречно. Системы защиты скафандров пока держались. Если мы не умрем от голода или с нами не покончит случайный астероид, мы проболтаемся здесь довольно долго.

Связь тоже пока работала - уж не знаю, к лучшему ли...

- Знаешь, - заметил Чарли, - мы попали в трудное положение.

- Догадываюсь, - проворчал я, вспомнив, что всегда ненавидел невесомость.

- Честное слово, не знаю, какой вариант хуже: если нас спасут или если мы погибнем. Я знал, за что проголосовать. И побыстрее, пожалуйста, Господи.

- Если мы умрем, нам не придется выслушивать бесконечные насмешки, сообщил я.

- Да, будет тише.

- Наступит покой, - согласился я. - Никто в потустороннем мире не засовывает свой ужин в скафандр.

Вдруг мы увидели, что к нам стремительно приближается звезда. Вскоре она превратилась в серебристый корабль.

- Плохая новость, - сказал я. - Мы спасены. - Затем я прочитал индекс на корпусе корабля. USFSPX9742.

- Ох, ты, - пробормотал я, чувствуя, как по спине побежали мурашки.